Потеряв и командира и строй, остальные ромбы были обречены. Только четыре штурмовика вырвались из метеоритного потока, и, несмотря на все метания и виражи, по одному продолжали уничтожаться своим невидимым противником. Последний из десятки ромбов, уже поврежденный, просто припустился со всей скорости сам не понимая, куда, и через минуту взорвался, войдя в зону чудовищного притяжения Юпитера и столкнувшись там с одним из обломков той же самой кометы.

В это время совсем близко от поля боя, в боевой рубке линкора хасков было небольшое совещание по итогам всей операции. Присутствовало как руководство землян, так и хасков. Не было только самого командующего, генерала Джозефа Райта. Сразу после произнесения тех самых, исторических слов, жуткий инфаркт почти надвое разорвал его сердце.

— Практически, вся ударная группировка третьего флотов хинков уничтожена, — докладывал адмирал хасков, по имени Марч. Он был невысок ростом, всего полтора метра, щуплый, с несуразно большой головой, с маленькими ушами и двумя отверстиями вместо носа. Слабо выраженный рот шевелился невпопад речи адмирала. Голос его электронного переводчика на груди был по-прежнему бесстрастен, но зато эмоции хаска выдавали активная жестикуляция рук и работа мышц его морщинистого лба.

— На орбите осталось всего десять эсминцев ящеров, из ста миллиардов хинков, опустившихся на Землю, в живых осталось не более миллиарда, и вряд ли они смогут пережить ядерную зиму. Прибытие оставшихся кораблей хинков — а это два линкора, и более десяти эсминцев — ожидается через сутки. Мы потеряли на взлете один транспорт. До ближайшей звездной системы, контролируемой Содружеством, больше года полета по земным меркам. Все транспорты и эсминцы пристыкованы к линкору. Можно начинать движение.

Марч вопросительно посмотрел на присутствующих землян.

— Ну, что ж, — вздохнул полковник Душан Зорич, серб по национальности. Сейчас именно он командовал землянами, — раз все готово — тогда в путь.